Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

 

Гудаури

ГОРНЫЕ ВЕЧЕРА

 

В Гудаури вечерами совершенно нечего делать. Даже погулять негде - горы, темная ночь и узкая Военно-грузинская дорога с медленно ползущими грузовиками и психующими по этому поводу легковушками - вот все вечернее окружение лыжников, которые днем с упоением гоняли по склонам. Ради времяпровождения гости горнолыжного курорта ужинают неспешно, смакуя вино, соусы и разговоры в своей тёплой компании или с далекими близкими по всем возможным видам связи.

Ресторанный дресскод тут уютный: широкие лыжные штаны с подворотами и по-детски свисающими подтяжками, разноцветные флиски, водолазки, и даже пижамы в стиле зверушек. Тепло, пахнет дымом и мясом, по-домашнему. 

 

Компания девчонок весело обсуждает случаи из своей репортерской жизни. Как по-дурацки наивно давал интервью какой-то парень, поющий про щёчки, как потом на спор всю редакцию подсадили на эту песню про щёчки, в которой и есть всего три аккорда и смысла ноль. Смех прерывается телефонным звонком. 

- Мамуль, привет! Да, катались. Мам, конечно падаю, ведь это горка, на ней падают. Да, очень высокая горка, три сто.  Ну а что ты хочешь, чтобы я сказала? Соврать тебе? Зачем тогда вообще говорить? Хорошо, буду медленно и аккуратно! Как там папа?.. 

 

Трое спортивных мужчин лет сорока, с ноутбуками, в которых бесконечно с кем-то переписываются. Изредка отвлекаются друг на друга, обсуждают детали интерьера нового офиса, и снова ныряют в интернет. 

- Ой Саш, я чуть своей не проговорился, что ты с нами. 

- Ну Андрюха, ну ты что творишь! Не спали меня! 

- Да знаешь, брат, сложно с этой вечной конспирацией. Не проще уже сказать твоей?  Хоть фотографию одну за пять лет вместе сделаем. И вообще, я тоже задолбался жене объяснять, почему всегда два чемодана собираю. Эта чушь, про то, что мне на неделю нужно всё в четверном размере, её уже, похоже, тоже напрягает. 

- Брат, ну ты пойми - моя считает, что отдыхать нужно всегда вместе. В командировку только отпускает, ну не в костюме же мне катать?  И она ненавидит снег, горы, и тем более лыжи. Скажу, и за этим столом, нас будет уже четверо. Нам нужно здесь нытье про холодно и скучно? 

- Ой гляди, Сашка, узнает - хуже будет. Напридумывает себе... 

- В костюме покатать это тема! Вон здесь зайцы с белками носятся по склонам, сегодня реально вампира видел на лыжах. Едет, крылья развеваются, думал взлетит. Станешь ты, Сашка, пальтошником* и звездой ютьюба! 

- Ага, и тут-то жена меня и накроет с поличным. Ладно, мужики, оставим как есть. Пять лет ведь прокатывало, и теперь должно. 

- Ещё тема есть! Давайте филиал открывать, где-нибудь в Хабаровске. Там есть горнолыжные курорты, и можно будет официально брать с собой в командировку горнолыжку. Типа корпоративная культура там такая - все на горе по выходным.

- И правда - тема! 

Все энергично задвигали пальцами по шуршащим клавиатурам. 

 

 

- Как дела? А так дела, что в суд я на них подам! Я из Питера для чего тащилась, чтобы она в первый же день ногу подвернула? - гневно не понятно кому кричит в телефон мама, вся в белом. 

Напротив неё послушно и тихо занимается своим телефоном долговязая девочка лет двенадцати. В очках, брекетах, с длинным хвостом, очень похожая на типичную отличницу. 

- А так и получилось. Он её тренировал ездить треугольником. И на совсем маленькой горке, и на побольше. Она ещё там упала у него. 

- Да, да, и у меня ещё там нога заболела, - поддакивает девочка. 

- И потом уже мы с ней поехали, а он её оказывается не научил толком, и она снова упала, а лыжи не отстегнулись. Паразиты! Просила ведь ребёнку лыжи, чтобы отстегивались сразу, при малейшем падении. Нет, ногу девчонка вывихнула из-за них. Договор? Какой тут договор? Я тебя умоляю! Дикость тут сплошная! Раиса поехала по их "синей трассе"**, теперь сама вся в синяках. Какие тут "синие" с камнями и такими крутыми перепадами? «Красные»!  Теперь вот малую намажу мазью, и потом Раисе отдам. Я ведь говорила, что мазь нужна будет, права была, как всегда. 

 

Все немного притихли. Белая дама заглушила своим зычным мнением, и возмутила многих, но вмешиваться никто не хочет. Пусть себе недовольна, пусть даже уедут вместе с Раисой - чем меньше таких, тем больше места на склонах для влюбленных в эти горы. 

 

- Ну куда ты пошла со своей больной ногой. Сиди уже! Что тебе принести? Пирожное? - мама вновь возвращается к телефонному собеседнику, - Всё. Буду ей заниматься, чтобы не нагружала ногу и скорее смогла кататься.

- Мам, я не хочу больше кататься, - говорит девочка, прихрамывая возвращаясь на место с красивым пирожным на блюдце.

- Вот ещё! Другие люди мечтать о таком не могут, а она "не хочу"! Надо, деточка, надо! Как нога, не опухла? 

Мама принимается щупать ногу, девочка морщится от боли и охает. 

 

- Ты видела? - тычет в бок подругу самая бойкая из девчонок-репортеров, - она хромала на другую ногу. 

- Кто? 

- Да мамина дочка. Хромала на другую только что. 

- И что? Слышно же, что мамаша у нее сама-дура. С такой на обе ноги захромаешь, только б отвязалась. 

 

Белая дама продолжает воспитательный процесс, словно они тут одни-одинёшеньки:

- Помажем на ночь, и завтра поедешь уже. Я тебе другого инструктора возьму, детского, он тебя аккуратно ездить научит. У нас всего неделя, время нельзя терять. 

- Не хочу я детского, и не хочу лыжи. 

- Да что это за капризы глупые! Хватит уже! Лошадей не хочу, теннис большой не хочу, лыжи не хочу! Какая ты будешь женщина? Кому будешь нужна такая неумёха? Приличный муж с тобой и на люди показаться не сможет!

- Мам, но папа-то с тобой тоже никуда не ездит, хоть ты и на конях, и на лыжах.

 

И мужики, и репортёры делают вид, что с головой погружены в свои гаджеты, но засмеялись в этом месте на удивление синхронно. Громкая мамаша не унимается. 

 

- Папа просто вкалывает в поте лица, чтобы ты могла стать хорошей невестой. У него времени нет по горам кататься. И не твое дело поведение взрослых обсуждать. Чего ты только хочешь в этой жизни? 

- Балет, - у девочки в телефоне и правда всё это время беззвучно танцует балерина. 

- Балет ты хочешь только потому, что не знаешь, какого это! Как там тянут зверски, как больно на пуантах. Мне все детство этим балетом искалечили. Его нельзя хотеть, его можно только ненавидеть. Да и кто тебя туда возьмет, корову здоровенную! Слушай мать, лечи ногу и на лыжи! Всё, пошли в номер, мазать. Пирожное можешь с собой взять, балерина. Кстати им и крошки сладкого нельзя. 

 

Мама движется в сторону двери столь же решительно громко, как и говорит. Дочка прихрамывает за ней следом, бойкая девчонка-репортер подмигивает ей и шепчет: "Правая! На правую хромай"! " Девочка заливается румянцем и послушно меняет "хромую" ногу. 

 

- Эх, хорошо бы сейчас мимо конь скакал, - мечтательно говорит одна из репортеров. 

- Коня-то нам и не хватало! Зачем ещё? 

- Мамашка бы его на скаку остановила, и полегчало бы ей ненадолго. 

- Точно! Таким надо не собачек-кошечек заводить, а коней, чтобы если раскрылась душа, надо силушку деть куда-нибудь, так отпускаешь коня скакать, и останавливаешь, и снова отпускаешь, и опять останавливаешь.

Бойкая не принимает участия в разговоре, отвернулась с телефоном у уха, дозванивается. 

- Мамуль, это снова я. Да нет, всё в порядке, я просто хотела сказать, что ты у меня самая-самая лучшая мама. Почему? А потому, что без коней в голове. Поверь, поверь.... Нет, не гадость говорю. Ты мне всегда соломки стелила только там, куда меня саму несло. Спасибо тебе! Да, да, конечно, медленно и аккуратно! 

 

Саша наклоняется поближе к мужикам: 

- Мы же не хотим здесь, - показывает на свободное место за столиком, - такое? Нет? Тогда мой чемодан завтра снова едет к тебе, Андрюха! И только так!

 

Махоша. Гудаури 2018.

________________________________________________________

* Пальтошники – горнолыжный сленг. Люди на горе без горнолыжной экипировки.  

**Синим помечаются трассы средней сложности, красными – повышенной сложности. 

 

< К СПИСКУ ПРОИЗВЕДЕНИЙ >

Опубликовать в социальных сетях