Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

ПРЕДЫДУЩАЯ Глава 26. Вкус дыхания. 

 К_ОГЛАВЛЕНИЮ

На чистой стороне

Я не права, когда говорю, будто думаю как раньше. Сама себя обманываю. После того, как я перестала быть зависимой, мой взгляд на житие в этом мире сильно изменился и подёрнулся патиной лёгкой паранойи. С прищуром я вокруг смотрю, стала обращать внимание на тех, кто протягивает ко мне свои липкие пальчики, стараясь поймать и сделать зависимой ради своей выгоды. Их оказалось на удивление много, а я оказалась на удивление податливой.  

Разумеется, мы живём сейчас сильно лучше, чем в XX веке, а уж тем более чем в средневековье или в дремучей древности. За мамонтами охотиться не нужно, опасаться тысяч неизлечимых хворей не нужно, одёжу себе мастерить, даже стирать и мыть посуду руками не нужно - живем в тепле и уюте, справляемся со многими болезнями, думаем об удовольствиях больше, чем о выживании. Времени у нас лишнего – вагон с прицепом, и охотников до него и до содержимого нашего кошелька полным-полно. Потому и используют другие по полной программе наше потребительское поведение, делая рабами собственных стереотипов – тратьте, тратьте, тратьте! Мозг на удивление легко попадает в эти ловушки. Я нашла их в своем поведении с десяток.

Стандарты красоты, вечная молодость, банковские деньги здесь и сейчас, лекарство от всех болезней, еда с вкусовыми добавками, предсказатели и маги, фитнес-центры, компьютерные игры, вещи для статуса – всё это ловушки нашего общества потребления, в которые мы попадаем. То, что нам вовсе не нужно для жизни, что придумали и вложили в нашу голову, как нам необходимое, без чего мы вполне можем обойтись.

Если бы меня попросили выбрать среди самых опасных для человечества разрешенных вредностей, я бы однозначно указала на фаст-фуд, потому что он залезает в самую базу жизни детей – в их пищевое поведение, и рушит их тела изнутри, подло, как диверсант, который прокрался в тыл. Он не успел еще показать свои зубы в виде статистики - маловато времени прошло с того момента, как он отхватил себе часть территорий планеты, и экспансия его продолжается. А когда покажет, на что способен, то появятся и на упаковках с бургерами картинки «фаст-фуд убивает».

По сравнению с этой опасностью курение – малость. Фаст-фуд рассчитан на детей, которые доверчивы и поддаются влиянию агрессивной рекламы. Курение же – зависимость для взрослых, у которых уже воля есть, разум, умение и видеть рыболовные крючки, и обходить их стороной. А если уж заглотил по недогляду, придется вырвать, иногда с мясом, или инфантильно ждать пока тебя утащат в известном направлении, туда, откуда еще никто не возвращался. Я, конечно, не святоша, и фраза «никто из нас не выберется из этой жизни живым» вполне по мне, но я теперь предпочту сделать это без никотиновых посредников!

Вся эта история началась для меня неожиданно, и так же неожиданно для меня закончилась. С тех пор, как я перестала курить, прошло уже больше трех месяцев. Мартовские праздники стали по обыкновению суетными, в цветах, улыбках и подарках, без всяких опасений и воспоминаний о курении. На длинные выходные у меня были воистину наполеоновские планы. Мне достались эмоции, переживания, розовые орхидеи, прекрасный ананас в горшке, похожий на пирата, и дети, которые предусмотрительно подарочно разболелись как раз под праздник. Всё как обычно, необычным стал только праздничный сон. Давно уже я снов не видела, и вдруг такой яркий и красочный, как наяву - тоже выходит подарочный, ангел мой наверное прислал…

 

Я снова в той курилке, переполненной табачным дымом, и дышать я здесь теперь совсем не могу, закрываю руками рот, нос, морщусь. Надо бежать, спасаться, а рядом снова шевелится огромный, страшный кто-то, шерсть у которого из табачного дыма, грубая, жесткая.

- Снова ты? Ты же обещал, что я выйду отсюда, и всё закончится! – укоряю я его.

- Так ты ж не вышла пока, вот и не кончалось. Я тут причём? – ворчит он в ответ, словно спросонок.

- Ты? Не знаю. А ты кто?

- Я тот, кому всё равно, на какой ты стороне. Я просто слежу здесь, чтобы двери закрывали, и никого никуда не веду, и никого нигде не удерживаю. Мне всё равно, - повторяет он.

- А есть те, кто удерживает?

- Есть, но они там, на желтой стороне. Хранители. Они не отпустят оттуда, у них дурман, окурят и останешься. И те, кто ловит на чистой стороне, и на жёлтую заманивает. Они ловцы.

- А меня поему отпустили?

- Не углядели хранители. Обыграли их выходит. Достанется им теперь.

- От кого достанется? Кто там главный, на желтой стороне? - не унимаюсь я, хотя мне уже очень больно, совсем нечем дышать, но знать уж очень хочется.

- Ты готова вернуться туда, чтобы узнать?

- Ага! Вот я тебя и поймала - ты врун! Тебе не всё равно, ты с ними заодно! Ты хочешь меня заманить обратно, на желтую сторону, в дым! Пусти меня!

- Я тебя не держу, и я ни с кем не заодно. Ты в карантине, здесь тебя все время испытывают, все, и я тоже. Пройдешь карантин – пойдешь на чистую сторону, не пройдешь… Ну ты понимаешь. Тебе решать.

Мы замолчали, оба. Я растерялась – как же, я уверена, что давно на чистой стороне, а оказывается, вовсе нет. Карантин у меня оказывается. И чувствую, что не так уж тут и дымно, и дышать вполне уже можно. Развеялось немного.

- Я думала, что давно уже там. Какой-то снова обман. Кругом один обман, как жить! И ты вот всё обманываешь и обманываешь. То одно говоришь, то другое… 

- Да что ты ко мне привязалась! Я-то тут причем. Я тут сижу и сижу, а ты побудешь и уйдешь. Отстань, - и повернулся ко мне спиной, обиделся опять. Не хочет на самом деле, чтобы я его бросала, свыкся уже со мной.

Смотрю по сторонам – две двери, абсолютно одинаковые, непрозрачные. В какую из них идти, совершенно не понятно. Никаких указателей, никаких намёков.

- Эй, не дуйся, пожалуйста. Мне страшно, я имею полное право паниковать, ведь я тебя не знаю, а ты к тому же такой страшный!

- Вот тоже мне нашлась красавица! – он отвечает и тычет лапой, похожей на мохнатый обрубок, в окружающие нас стекла курилки, в моё отражение, а там - пятно. Бесформенное, амёбоподобное пятно колышется вместо меня. – Нравится?

- Всё у вас тут не по человечески, и я на себя уже стала не похожа, - ни чуточки не расстроившись парирую я. Эфемерная амёба вполне устроила меня в качестве проявления, миленькая и необычная. Отражаюсь – уже хорошо, жива значит ещё! – Ты лучше мне скажи, какая из дверей ведет на чистую сторону?

- Не скажу. Не положено!

- Премии лишат? – подтруниваю я.

- Амёба, амёба и есть, - снова отворачивается он. Я забегаю к нему с морды, трясу его.

- Не спи ты! Как мне узнать, в какую дверь идти?

- Угадай. Шансы велики 50/50!

- Нет мне нужно наверняка! Я решила всё для себя, знаю, куда я хочу.

- Так и иди туда, раз знаешь, - огрызается он.

- Но двери то одинаковые, как я пойму?

- Причём здесь двери то? Как ты не понимаешь элементарных вещей! Двери вообще не при чём. Ты или там, или здесь, не важно, какая дверь. Ты или принимаешь решение, или не принимаешь. Если решение есть, то дверь любая – твоя. Она превращается, понимаешь ты, инфузория-туфелька?

- Я  не инфузория, я амёба. Так отчего ж я здесь застряла?

- Потому что кольцо крутила.

Смотрю, а у меня на пальце и правда кольцо, то самое, Соломоново: «И это всё пройдёт», стёртое до дыр.

- Ой, у меня чужое кольцо! Тебе его отдать, если ухожу-то?

- Оставь, тебе нужнее там будет.

- Где там? Ты знаешь, куда я иду?

- Нет, но где бы ты ни была, кольцо тебе пригодится, это точно.

- Как же мне быть уверенной, что я правильно выбираю! Вдруг ты меня обманешь? – кричу я в отчаянии. – Как можно такому страшному доверять!

- Красивым нельзя доверять, а страшным – можно. Хотя мне и правда не стоит доверять, я и сам не знаю, не был никогда, ни там, ни там. Только по рассказам вашим, тех кто ходит туда-сюда.

- А что, с чистой стороны тоже много ходят?

- Еще как много. Все кто там, на желтой, пришли с чистой стороны. Никто на желтой не рождается.

- А что же, на чистой-то нет хранителей, почему отпускают так легко, без боя? – удивляюсь я.

- На чистой вообще никого нет, никто не правит, никто не охраняет. Только сами люди, без принуждения. Она потому и чистая, что только сам, без чужой примеси, без зависимости.

- Слушай, ну ты-то что тут зря сидишь! С чистой стороны небось детей много заходит. Ты бы их останавливал, обратно возвращал. Жалко же детишек!

- Каждому своё. Мне никого не жалко, у меня работа – следить, чтобы двери были закрыты, чтобы не натянуло дыма или воздуха свежего.

Так вон оно что. Поначалу тут дышать было нечем, потому что когда я зашла, со мной дыма натянуло, а теперь развеялось, потому то дверь на чистую сторону уже приоткрыта! Я приглядываюсь, и точно вижу в одной из дверей свет в щелях. Подхожу, принюхиваюсь – лесом пахнет, чистотой, значит туда.

- Ну я пошла что ль, пора мне. Прощай, бессердечное чудище, - оборачиваюсь я

- Прощай, и дверь прикрой плотнее за собой, чтоб мне не вставать лишний раз, - говорит, а сам плачет и платочком мне машет. Выходит не такой уж он и бессердечный.

И вдруг как меня с силой в спину толкнёт, словно пушечное ядро! Я вылетела, далеко, вглубь, и не вижу, откуда вошла то. Я в своём любимом белом лесу и стену вижу, которая разделяет чистую и жёлтую сторону, она прозрачная совсем, и сквозь неё мне видно, как там грязно, дымно, и хранителей видно с пиками там внутри. Страшные какие, как псы. Что ж я их там-то не видела? Вот почему, когда кто-то с чистой стороны говорит человеку, мол, зря куришь, плохо, зло это, то в ответ человек огрызается - это псы огрызаются.

И стена там тоже была, только сквозь нее ничего не было видно - ни неба этого, ни воздуха, ни запахов этих пьянящих, на чистой стороне. Кто ж тут главный, к кому идти, доложить о прибытии, печать на въездных документах поставить? Оглядываюсь по сторонам и понимаю – никого, я тут главная. И там была тоже я главная, и куда не пойду, везде буду главная, вот про что мне чудище толковало.

А двери всё хлопают, и хлопают, людей туда-суда пропускают и разбудили меня…

Я проснулась, огляделась – ни леса, ни кольца на пальце, только ощущение, что я прошла. Испытание закончено, всё! Теперь мне кольцо крутить уже на чистой стороне.

 

Так и вышло. Отпустили меня. С тех пор я больше:

Не курю во сне;

Не обращаю внимание на урны и их содержимое;

Не трачу деньги на сигареты;

Не ем всё подряд;

Не набираю вес, а наоборот сбросила пару кило;

Не мучаюсь от недостатка никотина в обменных процессах;

Не тяну в рот всё, что попало, в том числе жвачку;

Не ищу места для курения;

Не раздваиваюсь так, что мои ноги идут курить без моей воли;

Не думаю о курении;

Не курю мысленно вместе с другими людьми;

Не ищу себе повод каждые пару часов найти радости в пространстве. Радость теперь внутри меня.

 

Я - свободна! Свободна!  А раз так, значит пора, как и обещала, браться за книгу.

Уселась за рабочий стол, открыла чистый белый лист, и поняла, что писать-то мне нечего. Пустота. Я самый обычный курящий человек в моей прошлой жизни, ни чем не хуже и не лучше миллионов курящих людей. И я самый обычный некурящий человек в жизни нынешней, который ничем не отличается от миллионов некурящих на этой планете, ничем их не лучше. А как я дошла от одного к другому я не помню. Нет пути в моих воспоминаниях, только здесь и сейчас я, с шампанским, орхидеям и ощущением абсолютного праздника весны после яркого сна.

Пришлось рыться в сумках и закромах, искать дневники, обрывки листов, тетради, которые сопровождали меня в дороге, и читать их, удивляясь – неужели весь этот шторм действительно прошёл через мое тело и через мою душу за какие-то три месяца!

Не помню.

Помню только, что у моего друга детства, папа бросил курить. Бросил в один день, и больше не курил никогда, подарив мне, уже зависимой тогда молоденькой девчушке, веру, что я тоже смогу.

Теперь я знаю, почему он это сделал.

Теперь я тоже это сделала, и кто-то маленький во мне, кто живёт глубоко под рёбрами, пока я пишу эти строки, танцует, хлопает в ладоши и перемигивается с кем-то в вышине.

 

КОНЕЦ

Махоша 2015-2016

__________________________________________________________________________

Это первый рабочий вариант книги "Дневник некурящего человека в никотиновой ломке". Материал пока находится в стадии правки, поэтому уважаемые читатели, если вы находите ошибки, опечатки – пишите. А еще буду очень благодарна Вам за обратную связь о прочитанном. Напишите мне, пожалуйста, что обо всём этом думаете, для меня это очень важно.

С теплом, Махоша. 

ПРЕДЫДУЩАЯ Глава 26. Вкус дыхания. 

 К_ОГЛАВЛЕНИЮ

 

Опубликовать в социальных сетях