Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

ПРЕДЫДУЩАЯ Глава 16. А ну ка удержись.    

СЛЕДУЮЩАЯ Глава 18.На земле и на небе.

 К_ОГЛАВЛЕНИЮ

Свободные ищут небо

В кипучих делах на удивление легко этап «А ну-ку удержись» пройден. Надо признать, что серьёзность моих намерений по истечении пары недель была по достоинству оценена  коллегами, как курящими, так и некурящими, больше мне покурить не предлагали, и регулярно спрашивали – держишься? Услышав подтверждение, выдыхали с облегчением. У меня даже закралось сомнение, уж не сделали ли ребята ставки на мою силу воли, поэтому в силу вредности характера ответ поменяла:

- Держишься?

- Неа, - и наблюдаю за реакцией, смешанной радостью, удивлением, негодованием.

- Закурила?!

- Нет, - теперь наблюдаю за недоумением.

- А как же тогда?

- Держится тот, кому курить охота, а мне держаться не надо – желания нет.

- Ну дела! А ты точно к гипнотизёрам не ходила?

- Зуб даю, - отвечала я  характерным движением, щелкая наманикюреным ногтем по зубу, и смеша этим случайных очевидцев диалога.

Вдаваться в подобности не стала - нет ничего тайного, что рано или поздно нам не откроется. Тем более, что впереди следующее испытание – встречи, награждения, новогодние корпоративы – целый список протокольных мероприятий, которые предстоит выдержать.

Для начала Центральный Дом Литераторов на Большой Никитской. Там церемония и поэтический конкурс - по случаю, пригласили. Место это было для меня тогда новое, интересное, неизведанное, и изучением его правил и нравов я занялась с большим удовольствием, глазея на старые стены, повидавшие на всем веку много разной пишущей братии. Дом словно застрял в прошлом столетии вместе с людьми, забыл стрелки часов перевести. Видимо старая его часть, полная историй и легенд, не пускает. Думала о том, что наверняка в одной из его комнат, завёрнутая в старый ковёр, спит спящая красавица, и как только принц на неё наткнется, например, споткнётся о пыльный свёрток, упадет, и увидит, какая красота в него завёрнута, вот тогда и случится поцелуй, пробуждение огня, куропаток на вертеле и далее по известному сценарию. Пока, соблюдая законы жанра, все спят.

В люди кругом какие – загляденье, а не люди! Представляете себе концентрацию поэтов по пять на квадратный метр, и так целый большой актовый зал. Стихотворцы тем уникальны, что процесс творчества у них практически не прекращается, они пропускают через себя и рифмуют каждую вибрацию пространства, любое его достоинство или несовершенство, и делают это прямо здесь и прямо сейчас, в этом зале, даже если сами этого не осознают. Когда со стороны на них смотришь отстраненно, очень заметно – все эти люди как бы глубоко в себе, внутри, и каждому из  них это зал мал, потому что они не одни, и носят с собой везде всё своё творчество. Засмотрелась…

 

Вспомнила о том, что себя нужно контролировать от курения, в тот момент, когда представительная комиссия из нескольких поэтов и писателей аккурат мимо меня возвращалась на свои места после перерыва в ореоле никотинового духа, крепко впитавшегося в их серые пиджаки и свитера крупной вязки. А так и забыла бы про контроль совсем – не до него, слишком необычно всё, местами даже странно. Когда уходила, неизвестный мне поэт в кроличьей ушанке с плохо подвязанными ушами, громко декламировал стихи гардеробщице. Она мечтательно улыбалась в ответ. От него стойко веяло табаком. Думаю, в этом доме когда-то очень много курили, потому что запах очень шёл этому месту.

Интересное дело, опять же – художники тоже творческие, а в Суриковском никогда так табаком не пахнет. Или там краска перебивает? Наверное, им просто курить неудобно, когда рисуют. Пепел в краску полетит – испортить же творение может, жалко картину, и прерываться не хочется, когда рисуешь. А я, похоже, превращаюсь в дегустатора ароматов. Никогда раньше на них столько внимания не обращала.

В мыслях и наблюдениях первое мероприятие прошла неприлично легко, ни руки, ни ноги, ни глаза меня курить не повели. За ним испытание посложнее – наш большой новогодний корпоратив. Компания гуляет! В этом году делали его в стиле «Дискотека 80х», в хорошем месте, с хорошим ведущим и танцами до упаду. То есть самый настоящий корпоратив, тот самый который «не считается».

Не считается, потому что это другая временно-пространственная зона человеческого существования, другая реальность, другие правила и законы. На хорошем корпоративе, как известно, разрешено всё, кроме агрессии - за неё сразу выдворят широкие, чисто выбритые, в том числе на макушке, ребята. Сотрудники наши, непьющие, некурящие, занятые и свободные в обычной жизни – все они тут, красивые и готовые к проявлению своей фантазии в меру своих способностей и схлопнутых переживаний[1]. Сегодня, как и всегда, многие будут позволять себе лишку, а чем я хуже? У меня, кстати, вообще не понятно по какой причине отказ от курения случился! Ну как «расхлопнется»?

Я привычно убедилась в безопасности людей, наличии выделенных мест для танцев и для курения, отсутствия возможностей пробраться воришкам с улицы – всё было организовано по высшему классу, спасибо людям, для которых наш отдых – большая работа. Можно расслабиться. Как только первый новогодний тост за здравие был завершен, стало как бы невыносимо душно, и ноги привычно пошли на улицу, курить. Там к этому времени оказываются практически все курильщики – первый тост, первый перекус и первый перекур едины и неделимы в жёлтом мире. Кто-то добрый и в обычной жизни не курящий, протянул мне открытую пачку сигарет, зажигалку. Мгновение остановилось.

Все законы сейчас низложены, да – корпаратив, другое измерение. Не придумывайте себе лишних пугалок, уважаемые курящие – один раз не считается. Некурящие ребята не закурят после корпоратива. Сейчас они дымят и не только, ведут себя кое-как, завтра им будет очень-очень «неочень», и тошнота и боль в горле вознаградят их сегодняшние старания сполна, но сегодня они просто доказывают самим себе, что их жизнь, это их выбор, как хотят, так и поступают. Они ребята с чистой стороны, сюда забрели оторваться, убедиться в очередной раз, что ни к чему хорошему это не приводит и бежать к себе, дышать чистым и целовать любимых. Они не дадут никотину захватить в плен свои ноги, руки, глаза и свою радость, и утром скорее всего скажут знаменитую фразу: «Больше никогда, ни при каких обстоятельствах», и это будет абсолютно твёрдое решение, и выдержано оно будет ровно до следующего корпоратива, когда наступит время безвременья в которое всё будет можно, в другой реальности, в другом измерении.

Это про них, а про меня другое. Я не хочу курить, даже сейчас - я не хочу здесь курить. Мне зачем? Я уже всем доказала свои курительные способности. Мне такой отрыв не интересен - тридцать лет отрывалась, и противный вкус во рту это совсем не то, что мне сейчас нужно. Я вежливо отказываюсь и потом каждый час просто выхожу на крыльцо, в курилку, подышать, охладиться и поболтать с удовольствием. Дышать – хорошая привычка.

- Ну и сила воли у Вас! – встречают меня сотрудники.

- Сила воли, разве? Лишнее она для слабой женщины, это ваша сила воли, тяжелая. Я её стараюсь с собой не носить.

- Еще как носите! Я бы ни за что не ходил туда, где все курят. Или глаза бы завязывал, чтобы мимо пройти, если б сам бросил, – снова, и снова, и снова слышу я об этом, как будто должна шарахаться от курящих, как от прокажённых. Не так это.

-  Если б бросил, точно так и было бы. А если как я - стать некурящим человеком, то вообще всё равно, курят другие или нет. Другие ж не я, - отвечаю, понимая, что в этой курилке ко мне ненадолго вернулась моя звёздность.  Этим вечером моё некурение ещё не раз станет темой для разговоров.

- Это как?

- А ты представь себе, что ты некурящий, и посмотри на всех, кто тут стоит. Что они делают?

- Ой, нет, лучше я не буду так смотреть, а то брошу ещё!

Мне весело. Знаю, какого это, дразнить своего афериста угрозой ухода на чистую сторону, но об этом чуть позже. Знаю, как и почему делают из таких как я народных героев, приписывая им огромную силу воли. Чтобы не было повода повторять. Она же вон какая, а я – так себе. Только я то самая обычная, из полти и крови, и нечего из меня железную леди делать – я тоже умею пугаться, плакать и ногами топать, просто этого не видит никто.

Вот он, тот корпоратив, на котором я «должна» была закурить, сорваться. Без вариантов – должна была непременно, а не сделала. Мне и так хорошо, разве что танцевала я в тот день не в меру. Силы меня в последнее время часто захлестывают, очень много сил откуда-то, удивляюсь.

 

А на другой день еще один большой новогодний корпоратив, уже в Подмосковье, на настоящем воздухе, которым стоит надышаться впрок, такой хороший. И там никакой тяги к сигарете. Из изменений разве что ела, пела больше обычного, и голос мой меня удивил – другой он стал. Пела под гитару, и ничего, не потянуло курить совсем, видимо память о прошоых ошибках помогает их не повторять. Третье мероприятие - вновь зачёт, хотя ноги на улицу меня дышать водили, и тут мне всё же пришлось уходить от курильщиков. Один из них был очень настойчив:

- Вы вчера тоже с курящими общались? – спросил меня, словно врач, готовый поставить диагноз.

- Конечно, общалась, куда ж я без вас-то!

- Всё, вы закурите теперь, - говорит с железной уверенностью в голосе.

- Это еще почему?

- У меня так было, - убеждает он. – Я уже пару месяцев не курил, друзья пришли, стали курить на кухне, я почувствовал никотин в лёгких. Потом подумал – всё равно пассивно курю, это даже вреднее, чем самому курить. Лучше уж покурю одну, и всё – закурил.

- А я не закурю, меня не тревожит, если со мной кто-то рядом дымит, стараюсь не надышаться. И по поводу пассивного курения – очередная чушь, сори за прямоту. Концентрация никотина и смол в сигарете, когда затягиваешься в десятки раз выше, чем при пассивном курении. Иначе, зачем ты сейчас здесь куришь свою собственную сигарету? Бросай да нюхай – всё экономнее будет.

- Нет, своя сигарета – своя радость, - отвечает он, наверное, даже не догадываясь, насколько близко это выражение к истине. – А вы точно закурите теперь, вот увидите. Так со всеми бывает, кто рядом постоял.

Такая убедительная история, что в конце её впору мне сигарету протянуть – непременно возьму! Вариант с возвратом к курению не рассматривается. Не мой вариант. Я знаю происки жёлтой стороны, не первая и не последняя печальная история закурившего снова, десятки их слышу. Разве что никто так убедительно меня не пытается в истинную жёлтую веру обратить. Тут же буквально аркан на шею накинул и тянет. Или всё же поспорили, и он ставил на то, что не справлюсь? Ну его, и от греха ходила гулять и дышать на мостик, что над рекой, в стороне от всех.

Тут оказалось, что стала я видеть дальше своего носа. Раньше мои глаза во время перекура смотрели на сокурильника, сигарету, руки, пепельницу и на землю, под ноги. Сигарета учила меня смотреть вниз, близко, и те, кто курит, сейчас смотрят именно так. Я наблюдала за ними со стороны, с мостика. Я видела их, звездное небо, иллюминацию, озеро, реку и далёкие огоньки машин на шоссе. Всё правильно: мои глаза теперь свободны от сигареты. Красного огонька, которой гипнотизировал меня раньше, больше нет, а свободные ищут небо.



[1] Схлопнутое переживание – психологический термин, означающий имеющий большое значение опыт, переживание, который оказывает значимое виляние на поведение человека, но им самим при этом не осознается.

_____________________________________________________________________________

Это первый рабочий вариант книги "Дневник некурящего человека в никотиновой ломке". Материал пока находится в стадии правки, поэтому уважаемые читатели, если вы находите ошибки, опечатки – пишите. А еще буду очень благодарна Вам за обратную связь о прочитанном. Напишите мне, пожалуйста, что обо всём этом думаете, для меня это очень важно.

С теплом, Махоша. 

 ПРЕДЫДУЩАЯ Глава 16. А ну ка удержись.    

СЛЕДУЮЩАЯ Глава 18.На земле и на небе.

 К_ОГЛАВЛЕНИЮ

 

Опубликовать в социальных сетях