Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Божественный нетвокинг

 

 - … и вам очень повезло – Папа объявил внеочередной юбилейный год, или иначе святой год. Такое выпадает раз в четверть века, но иногда Папа может объявить внеочередной святой год, и это как раз сейчас случилось, к вашему приезду. Поэтому весь Рим перекопан, и, как обычно у итальянцев бывает - к сезону они ничего не успевают отремонтировать. Но хоть Святые Врата открыты, а значит можно пройти в них и получить индульгенцию[1] для себя или умерших, избавиться от накопленных епитимий[2] и возродиться духовно.

Удивительно, как голос живого человека во плоти может превратиться со временем в звуки аудиогида - монотонный бездушный скрип информации, без интонаций, без эмоций. Интересно, если отправить гида в эти самые «Holly Gates», починится человек, оживёт ли?

- Справа от нас можно видеть собор Святого Петра. Эта базилика – самый центр Ватикана, его сердце, и сегодня у нас запланирована туда экскурсия, на которую мы не пойдём, - продолжает свое металлизированное дребезжание гид.

- Как это не пойдем? Я за это деньги заплатила, когда тур покупала! – возмущается тучная дама в зелёном.

- Сегодня на площади Папа решил приветствовать людей, и собор закрыли, так что если хотите предъявить претензии – предъявите их Папе Римскому. Можете сделать это сразу по окончании экскурсии. Видите толпу на площади? Это те, кто пришел быть благословлённым 226-м Папой Римским Франциском. Для начала выскажите им претензию о срыве вашей экскурсионной программы, а потом пробирайтесь к самому Папе. Он, кстати, очень хороший, даже считает, что лучше пусть женщина родит незаконнорождённого внебрачного ребенка, чем сделает аборт, но при этом говорят, когда-то он работал вышибалой в ночном клубе в Аргентине, так что выбирайте выражения в беседе с ним. А слева от собора мы видим крышу той самой Сикстинской Капеллы, над которой водружают трубу, выбирая Папу, чтобы пускать из нее чёрный или белый дым, - не меняя интонации, монотонно вещает гид. – На этом наша экскурсия на сегодня закончена.

- А Врата Святые внутри собора? – не унимается дама в зеленом.

- Нет, они пятые справа, для посещения Святых Врат потребуется отдельный билетик, и в этом году святые врата не одни и не только в Ватикане. Их много открыто и в Риме, и в Италии и по всему миру, так что не беспокойтесь – индульгенцию получить успеете, - гид отвечает уже спиной, стараясь поскорее ретироваться с поля боя из неприятных вопросов.

- Женщина, какие Святые Врата, вы о чём думаете? У православных Пасха завтра, а вы в католические врата собрались, за индульгенцией! – возмутился мужчина с бородой, явно знающий толк в религиозных канонах.

- Так я и хотела поэтому сегодня в них попасть. Завтра как-то неудобно, на пасху то… - извиняется женщина.

- Мужчина, что вы пристали! Сидели бы в России, постились и яйца красили. Сами тут прошу́тто[3] вином запиваете, а других попрекаете воротами. Они вас заждались уже, за отпущением. Не судите, да не судимы будете! – вступилась за подругу в зеленом дама в фиолетовом.

Рядом с бородатым мужчиной супруга, по виду учительница – скромница с длинными тяжелыми естественного цвета волосами, собранными в низкий хвост и с ненакрашенными губами. Такая ни за что не будет ругаться. Взяла мужа за руку, сжала. Дама в зеленом вкупе с дамой в фиолетовом встали в боевую стойку плечом к плечу, готовые дать отпор бородачу, и его скромнице-жене, и гиду и, похоже, самому Папе Римскому Франциску, если потребуется. Четыре разноцветных холма размера пять плюс вздымаются не в такт, создавая эффект поршней в двигателе внутреннего сгорания. Только бы вразнос не пошли!

Знающий мужчина сражен ветчиной наповал. Подглядели, любопытные бабы, застукали его на глубине грехопадения до чревоугодия в страстную неделю, и теперь бросать в них камни не получится никак.

- А аутлет здесь есть где-нибудь поблизости? Раз уж мы в собор не идем, так хоть купим что-нибудь пока, - неосторожно поинтересовался молодой горячий молодожён.

Мужчина с бородой плюнул от досады и отошел в сторону, смотреть на толпу у собора Святого Петра. Жена улыбнулась кому-то невидимому и последовала за ним. Все уже готовы были разойтись по своим делам, и вдруг:

- Правильно! Что время зря тратить? Вот мы когда в Непал ездили на медитацию, там было прямо в туре время предусмотрено на покупки. А тут такая программа, что ничего купить не успеешь, только сувениры по дороге, если хватать не глядя, - высоким хорошо поставленным голосом прокомментировала идею шопинга дама в шляпе и темных очках в форме бабочки, - гонят нас, гонят по музеям, по экскурсиям. Завтра сходим во врата, когда очередь поменьше будет.  

- Минуточку, минуточку… - не удержался и вернулся в гущу событий мужчина с бородой, - медитация в Непале говорите? А можно поподробнее об этом?

- Кстати, очень правильная была программа в Непале. Мы десять дней прожили в монастыре, учились медитировать, а потом два дня шопинга, и успели накупить всего. Хотите дам вам контакты туроператора? - ответила бесхитростная женщина в шляпе, явно не умеющая читать по лицам. Если бы в Непале её хоть немного научили видеть других людей, от нее бы не ускользнуло ехидное колючее выражение маленьких темных глаз, сверкающих над бородой.

- Простите за любопытство, - продолжил распаленный правдоискатель, - вы в какую веру крещены?

- В обычной нашей церкви меня бабушка крестила, а что?

- Нет, ничего… Я просто никак в толк не возьму для себя… Как это – вы в Ватикане индульгенцию просите у католиков, в Непале медитируете с буддистами, а в России на Пасху наверняка яйца красите?

- Ну да, а что такого?  

Они оказались в центре группы, которая вся собралась обратно, будто магнитом притянутая, и обступила их, ожидая, чем же дело закончится. Словно ни Микеланджело, ни Рафаэль с Леонардо не создали в Риме ничего занимательнее этой перепалки. У многих в глазах было мнение, своё собственное, но все о нём молчали и с интересом наблюдали за развитием событий. Вопрос отношений с вратами, которые, по словам гида, «специально для нас открыли», терзал многих. Идти или не идти православным в Святые Врата в принципе и на Пасху в частности? Только молодожёны, далекие от поисков иной правды кроме своей влюбленности, догнали убегающего под шумок гида и изводили её вопросами про ближайший аутлет. Остальные, все до единого, выстроились в почетном карауле вокруг своей веры в чужих устах.

Дамы, зеленая с фиолетовой, по прежнему пылали и рады были бы вклиниться в разговор, но никак не могли найти что-то, к чему еще кроме ветчины можно прицепиться для качественной ругани. Споры на интеллектуальные темы явно не были их коньком, и они безмолвно договорились хранить молчание, оставив за собой сильную точку мясного аргумента. Жена стояла чуть поодаль, опустив глаза, и терпеливо ждала завершения, каким бы оно ни было, готовая в любой момент исполнить свой долг. Была в ней такая жертвенность, что сразу становилось понятно - если мужа начнут бить, она непременно закроет его собой, так что никто не дотянется, и ни один волос не упадет ни с его головы, ни из его бороды. Он смотрел на неё иногда, украдкой, сила его крепла, и он продолжал, уверенный в её поддержке всегда и во всём:

- А сами вы в какого Бога верите?

- Как в какого? В единственного, - искренне недоумевала женщина в шляпе, отвечая тихо и настолько миролюбиво, что даже с мягкой улыбкой.

- Так в Будду или Христа, или может быть в Аллаха? Ваш Бог кто? – не в тон ей громко, с укором напирал бородач.

- Тот, кто меня услышит. В Туле, в Риме, в Катманду или в Мекке - не важно. Важно только, чтобы услышали, он меня, а я его. Неужели у вас нет такого своего Бога? Который не будет ни за, ни против ворот, медитации, плясок у костра или вкусной еды. Не того, который по чужим правилам, а того который ваш, настоящий?

Она спросила слишком наивно, откровенно, бородач не успел закрыться от такой честности. Вопрос ударил в место, где нет защиты, брони от самого себя, пробил под рёбра так, что он осёкся, обмяк, и гнев в его глазах сменился на поиски убежища для подранка. Он сразу стал на полметра ниже ростом и выглядел очень обескуражено. Как можно было ожидать, что такая маленькая, неприметная, в очках, вместо того, чтобы оправдываться, задаст вот такой вопрос здесь, на площади Святого Петра в Ватикане? И зачем эти люди стоят вокруг и слушают так, что тишина повисла, что им всем до его Бога? Жена не может от этого укрыть. Уж лучше бы били, тогда все стало бы понятно – за веру даже хорошо быть битым.

Зелёная с фиолетовой уже набрали побольше воздуха в лёгкие, готовые к его ответу. Это ловушка, он сам попался на свою слабость, как на крючок, и за неё сейчас жестоко наказан. Вчерашний сытный ужин стоял у него поперек горла, мешая говорить, но не только в нём было дело.

- Я не буду вам отвечать, и в чужие Святые Врата не пойду. Я знаю точно, в какого Бога верую! У вас всё слишком просто, а нужно выбрать религию векам выстраданную и держаться за нее, иначе…

Но его уже не слушали, презрительно загудели, зашевелились, потеряв к нему интерес, и скоро группа растворилась в Риме. Дама в шляпе лишь пожала плечами, не получив откровенности в ответ на свою, и тоже ушла. Они остались вдвоем среди чужих людей, пришедших сюда именно к Папе, а не по случайности. Жена не сделала ни шагу к нему навстречу, так и стояла на булыжной мостовой, как вкопанная. Он подошел к ней сам, молча взял её за руку.

- Всё будет хорошо, дорогой, - постаралась утешить она.  

- Божественный нетвокинг – вот их религия. Они заигрывают с любым богом, до которого смогут дотянуться. Именно заигрывают, без служения, без покаяния, и я, похоже, одним злосчастным куском мяса отправил полсотни православных христиан пройти сквозь Святые Врата. Хреновый из меня сегодня вышел проповедник, дорогая.

- Всё будет хорошо, - словно мантру повторяла жена, - всё будет хорошо.  

Ему это не понравилось, как и тот вопрос, и он предпочёл замолчать и злиться, чтобы заглушить всё лишнее, что стало вторгаться в его открытую рану извне, как раз когда Папа Римский благословлял всех, кому повезло оказаться в тот момент на площади Святого Петра.

 

Махоша. Рим 2016.



[1] Индульгенция - в католической церкви полное или частичное прощение грехов

[2] Епитимья́ - исполнение христианином, по назначению священника, тех или иных дел благочестия; имеет значение нравственно-исправительной меры.

[3] Прошу́тто - итальянская ветчина, сделанная из окорока, натёртая солью

 

< К СПИСКУ ПРОИЗВЕДЕНИЙ >

Опубликовать в социальных сетях