Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

БАБА, КОТРАЯ КОНЯ НА СКАКУ ОСТАНОВИЛА. (неэстетичное чтиво)

Глава 4.

Драконовы гости.

 

 

Какой ещё подарок могла получить от судьбы будущая беглянка? Гоша пролетел над всеми горами драконов, опустился в долину, до блокпоста, разделившего мир людей и драконов, там что-то схватил на лету, оттащил на гору, и бросил у чьей-то норы. Баба с небес разглядела, куда идти, где дорога, где люди, как тут всё устроено. Запечатлела глазами до пятнышка, до тропинки. Гоша и правда летал хулигански, переворачивался, пикировал и выкрутасничал. В дороге Баба чуть не вылетела из салона, потеряла накидку и потом привязалась ещё двумя верёвками, промокла до нитки в облаках, замерзла, как на дне моря, но в общем и целом происходящее произвело на неё неизгладимое впечатление. Как и она на Сейлера, когда вернулась с задания.

– Получи своего Гошу-таксиста, – рявкнула Баба ввалившись в пещеру, как пьяная жена с корпоратива, растрёпанная, грязная и злая. – Пожрать есть чего-нибудь? Я голодна, как три дракона.

Она категорически не хотела показывать своего счастья от полёта вообще и от разведки в частности, и восторги свои решила укрыть за грубостью.

– Гоша, я знаю, что ты летаешь как Бог, но где ты её извалял? Играл в перевёртыша на песчаных карьерах, а её снять забыл? Подметала собой пески? Или вулкан какой начал извеграться?

Гоша засмущался. Вид у бабы и правда был удручающий.

– Детишки мои пошалили немножко.

– Ай, сорванцы! Вам, мадам-Деликатес, если голодны сильно, предлагаю в лес прогуляться. Там яйца в гнёздах, можно собрать и на огне пожарить, орехи-спелуны, вечно спелые, ни с чем не перепутаешь, висят низко, на мозги похожие. Рыба в пруду, но ловить надо, и ягод полно. Драконы раз в неделю питаются, так что я не голоден, а вы же, люди, народ слабый, по пол дня едите и едите - времени вам не жалко.

– Взрослые драконы раз в неделю питаются, – печально поправил Гоша. – а дракошки постоянно голодные, совсем как люди.

– Вот, сосед, говорил я тебе – не женись рано, погуляй, полетай, подури всласть. Теперь на прокорм им жизнь свою и кладёшь. Ну да ладно, работа тебе найдётся, накормишь своих проглотов.

Баба не дослушала, пошла привычной дорогой на пруд, хромать только забыла. Но и дракону не до неё было - давал полётное задание таксисту .

Вернулась она не скоро, и ещё красивее, чем утром – мокрая свежепостиранная рубаха облепила её тело, подчёркивая формы. Новые сандалии из коры и ивняка делали её поступь слышной, цокающей, словно каблуками по мостовой. В руках сплетённая из прутьев корзина, полная сепелунов, непонятных ей грибов и пёстрых яиц беспечных птиц, вьющих гнезда в низких кустах. Идеальная баба: чистая, спелая, немного уставшая с полными снеди руками.  

На неудобном троне у камина, напротив возлежащего обжоры-дракона, сидел гость – немолодой бородатый гном с большим перстнем на пальце и золотой серьгой в ухе. Когда он встал, приветствуя бабу, то лицо его оказалось чуть ниже её грудей. Ей захотелось пригнуться к нему, но она предпочла отступить на пару шагов, сочтя это слишком откровенным.

– Ну представь нас, Сел, - справедливо потребовал гном у Дракона, со свистом втягивая носом запах Бабы.

Дракон растерялся. Он не знал имени Бабы, не спросил, не интересовался. Если бы он был человеком, то наверное даже покраснел от неловкости, но Баба ему пособила:

– Зовите меня Деликатес, так привычнее будет, – предложила она.

– Дели, значит. Очень приятно, а я – Верзила, – откланялся гном.

Баба не сдержала усмешки, гыкнула, неудобно получилось.

– Да, да, среди своих я велик.

– И не только ростом велик, – добавил Дракон.

Гному комплемент явно понравился, а Баба, чтобы загладить вину, предложила приготовить еды.

– Нет, благодарю, не ко времени. Разве что грибы вот эти не стоит есть, а выбросить поскорее и руки помыть. А вот этими, веселящими грибочками, я бы подкрепился. Рано они у вас пошли, у Шиа в меню их нет ещё почему-то, – вёл гном милую  беседу, словно они были не в пещере с крысами, а на светском рауте.

– Я помогу ему исправить эту оплошность, - обещал Дракон не менее пафосно.

Баба с трудом сдерживая смех оставила правильные грибы на пеньке у камина, остальное понесла в кухню, а сама думала: «Сразу видно продавца: поёт соловьём, видать что-то втюхивает Гному. Интересно, что?» Когда она вернулась в зал, глаза у Верзилы были уже навеселе, и он так облизывал Бабу глазами, что ей даже неловко стало.

– Скажи-ка мне, Деликатес, муж есть у тебя? – бесстыдно спросил гном.

– А то! Конечно есть, – не менее нагло соврала в ответ Баба.

– Врёшь! У тебя взгляд незамужней женщины.

– А что, незамужние женщины смотрят как-то по-особенному?

– Конечно. Они смотрят оценивающе. Так смотрят блюстители порядка, руководители любого рода, от царей до вахтёров,  и незамужние женщины. Ты - свободная баба, и даже если тебя дома кто-то и ждёт, то с такими углями в глазах никто с тобой и года не уживётся. Спалишь! Разве что, вон, дракон какой-нибудь, - пошутил гном.

– Вот уж. Я один раз аж три года замужем прожила! – обиделась Баба.

– Давно это, наверное, было.

– Да, лет двадцать тому…

– Так значит, свободная ты Баба.

– А ты мне предложение решил сделать?

– Пока нет, а там поглядим.

Язык у бабы чесался съязвить в ответ про размеры, но дракон посмотрел на неё волком, зло. Баба подумала, что не стоит задираться и портить ему сделку, и похромала на кухню – вспомнила про хромоту. Гном быстро собрался уходить. Перед уходом нашептал Дракону на ухо:

– Если хромать не перестанет, то подешевле, конечно, но тоже возьму. Хороша, Баба, в соку, норовистая и голодная. Такая бы нам очень подошла. Даже если сбежит через полгода – и с тебя неустойку возьмём и сами наиграемся! Жаль тебе не понять, носатый.

– Все бы тебе шутить, бородатый! Посмотрим. Баба и правда сильная. Может ещё выправится. Если только мозг мне не вынесет окончательно и не прикушу её вусмерть ненароком.

Баба вышла попрощаться, помогла пьянющему гному забраться в салон к Гоше. Он исхитрился нахально щипнул её за грудь, за что был накрепко привязан к сидению, и от этого пришёл в ещё больший восторг.

– Всё, проводила твоего похотливого гнома. И Гоша полетит к жене с детками, бедолага. – сказала Баба, вернувшись в нору. – Ты бы камин разжёг. Горячего хочется, яиц бы запечь…

– Ты видела его Хашу? – спросил Дракон, который явно тоже грибов прикусил, самое время его разбалтывать и секреты выведывать.

– Кого?

– Жену его, Хашу видела? Чудо в перьях?

– Видела, а что?

– Это ведь твоя первая дракониха? Тогда не подумай, что все такие. У него партнёрша ну очень своеобразная, на любителя.

– Зачем ты мне это говоришь?

– Мало ли. Будешь ещё потом болтать про то, какие у нас самки. Ты ж болтушка… Мне неприятно будет. Люди и так про нас глупости болтают, что мы их жрём.

– А разве нет? Судят же...

– Человеческие суды, а людей полно при этом в Драконьих горах остаётся, не хотят к вам обратно возвращаться. Живут себе. А драконы за них головы теряют да сроки получают.

– У вас тут что ль мёдом намазано? С чего бы людям от удобств, разврата и зрелищ к вам в дикие горы перебираться?

– А с того, что у нас законы не людские, драконьи, потому мы честнее и добрее.

– Вы? Да ладна! Ты, наверное, самый добрый и честный дракон из всех!

– Нет, конечно, я же продавец, а продавец что у людей, что у драконов, с продающей гнильцой  субстанция. Мы бы весь мир продали, было бы кому  по карману. Вон там, три линии ниже, живёт Майна. Он на стройке работает, помогает камни огромные таскать. Пирамиды, башни – гений архитектуры, а не дракон. В чуть выше Тивал, цирковой артист, потому что обычный, с тремя головами как в сказках. Дети ваши его обожают. Правее вверх нора Квадро. Изобретатель, голова огромная - крылья тюнингует. У меня тоже четыре пластины в подкрылках его работа. У него, кстати, пять человек в команде, не рабов, заметь, добровольно. А там далеко видишь три огня на горе? Это институт юных драконих. У нас с девочками беда – редко выводятся. На пять мальчиков одна девочка. Бережем  Драконов много в детстве умирает от драконих болезней. Лекарей у нас трое, живут они вместе, на пригорке, рядом с поляной – лазаретом, там, где травы и источники целебные. А третья слева пещера, сразу за Гошей-таксистом наш банкир, Ден, мы все у него храним золотые слитки. Вот это наш грешок – любим мы рыжуху, страсть как. Но знаешь в чем главное отличие драконов от людей?

– В чём?

– У людей есть ростовщичество - себе подобных "разводят" на проценты. У кого-то из людей беда, идёт человек в человечий банк, и там его «спасают» за проценты, чтобы потом жизнь его себе подчинить. Для нас это как себе подобных жрать. Дракон убить может, а в долг под проценты никогда не даст. Просто поможет, без процентов, едой, деньгами, словом. На беде торговать нельзя, таков драконий закон. Или вот заболеет дракон, к лекарю прилетит, и тот с него ни копейки не возьмёт никогда, вылечит. Как сможет дракон потом, сколько сможет – так и рассчитается. Нет цен у нас на жизнь, на здоровье, на помощь. Люди подлее драконов, поэтому люди и главные. За это мы людей и презираем.

– А чем ещё драконы лучше людей? Больше вы, сильнее – понятно, но вот рук у вас нет. Может у вас там нюх острее, глаза зорче или ещё что, – продолжила разведку баба, чтобы понять смогут ли её по следам найти, если что.

– Баба ты баба, глупости твоей нет предела. Видим мы в темноте, и зорче людей мы точно, чтобы свысока смотреть. Нюх у нас никакущий, и это нам на пользу только, а главное, что есть у нас – мы летаем. Забыла? Драконы ЛЕТАЮТ. Высоко-высоко, под облаками, и не падают…

Дракон засыпал, говорил и засыпал. Баба осталась одна, напекла себе яиц, наелась, положила рядам с собой орехи, чтобы крысам было что грызть, вместо её пальцев, завернулась получше в шкуру и уснула.

На второй день проснулась она почти счастливая. Ей снился прекрасный сон – она летала на драконе. Выходит, разбогатела Баба на целый полёт, и что бы в жизни дальше не было, его у неё не отнять. А ещё она больше не боялась неизвестности, не цепенела. Да, если сегодня-завтра не заберут её отсюда, дорога будет долгой, но она знает куда держать путь, что есть, где люди. И обновка у неё есть, сандалии, удобные и красивые. Для женщины это всегда радость, даже если эта женщина – Баба-ловец. Пока у неё тут курорт с диетическим питанием, сегодня надо наесться горячего, потом долго его не будет. Вот бы супа сварить, жаль не в чем.

В прекрасном настроении Баба пошла купаться, а когда вернулась Дракон уже встал, и добрёл до кухни, где жадно присосался к сталактиту.

– Бошки трещат после грибов. Сколько раз зарекался их жрать! – жаловался он Бабе.

– Так может куснёшь немножко, – пожалела она болезного.

– Пожалуй да. Скоро Шиа прилетит, надо быть в форме. Продавать так продавать! Наберёшь ещё грибочков этих? По-жа-луй-ста! – застонал Дракон и снова сложил бровки домиком над всеми четырьмя глазами.

– Знаешь, «пожалуйста», оно работает раз только, а когда ты что-то продаёшь, а я как дура на тебя вкалываю за это «пожалуйста», и при этом ты мне рассказываешь про честных и добрых драконов, это всё звучит так себе.

– Согласен. 10% твои.

– 30% мои.

– Наглая ты, Баба.

– Я ловец, своего не упущу, -  сказала Баба и гордая ушла в лес, за веселящими грибами.

 

К обеду прилетел повар Шиа. Болтали они про дела, про коней, которых добыть бы ещё, лучше загнанных. Про похлёбку из тех грибов, которые пойдут через пару недель и сколько будет она стоить тогда.

– А что, если бы они сейчас уже пошли? – спросил Сейлер.

– Рано им, - отрезал Шиа.

– Вот просто представь себе ситуацию, что грибы пошли бы сейчас. Чисто гипотетически. К чему бы это привело?

– Это привело бы к тому, что мой ресторан бы переполненный стоял пару недель, пока у других появятся. К чему ты это спросил? Просто так-то не бывает у тебя вопросов! Химией-заменителем никого травить не буду, сразу предупреждаю. Мне мой бизнес дорог!

– Осади. Когда я тебе дрянь предлагал? Дели, принеси корзинку.

Баба почувствовала себя прислугой, но раз подписалась на 30% придётся потерпеть.

Шиа при виде корзинки растёкся по полу. Стал причмокивать, сунул коготь в гриб из центра, облизал.

– Эксклюзив, специально для вас и только для вас! – нагонял жару Дракон.

– Мммм! Они, родненькие, они! Сколько сможешь собрать?

– Дели? – обратился к ней дракон.

– Ну, пару корзин добуду.

– Будь добра, уважаемая, пожалуйста.

Ох, какой он бывает милый на людях, прямо не Дракон – душка. Вот так со стороны посмотришь – всё как у людей. При гостях поцелуйчики да мимимишки, а дома слёзы, матюки да кулаки. А говорит ещё драконы честнее. Такие же пыливглазапускатели эти драконы!

Баба пошла на поляну и без труда набрала там, на солнечном пятаке, два лукошка здоровенных как лопухи грибов. Часть пришлось в подоле тащить, подол пропитался и Бабе становилось хорошо-хорошо. Грибы-то прямо вещь! Откусила бы она вчера кусочек, когда гном был – томный мог бы быть вечер!

Когда она вернулась продавец и повар уже сторговарились. Шиа проверил доставленную ей партию, выложил на стол три золотых слитка, засобирался. Дракон смог сползти со своего лежбища и даже протиснулся сквозь выход, повара провожать.

«Что это он сам провожать потащился, если еле ходит?», - подумала хитрая Баба, сняла сандалии, чтобы не греметь и прокралась за ними подслушивать.

– Старовата она на деликатес. Полвека ей небось, - говорил Шиа.

– По нынешним законам полвека - девушка ещё!

– Не знаю , как по законам, а на стейки старовата, и на отбивные вряд ли пойдёт. У ней и жира-то толком нет, какая-то неправильная Баба, мышцатая, жёсткая. На гуляш разве что…

– Не знаю, Гному понравилась, – попытался Дракон цену набить.

– Гном её не для того смотрит. В общем у меня красная цена за неё - пять слитков, больше не дам. Ты лучше б молодуху принёс, давно не шиковали ребята.

– Я никогда человечину не носил и носить не буду. Эту показываю просто потому, что её конём придавило. Бракованная немножко, хроменькая.

– Тебе видней, чем зарабатывать. Бабами, конями, грибами, хоть курями, и то возьму. Но старые бабы, они не в цене, и мне всё равно, какой там им пенсионной возраст назначили. Мясу не прикажешь!

Баба подумала, что завтра непременно надо бежать от «честного» Дракона, ждать теперь нечего.

 – Как он, бедный, с пятью головами справляется, этот Шиа, – спросила Баба как ни в чём не бывало, когда хозяин вернулся. 

– Повару в самый раз. Шеф может одновременно пять порций готовить, потому и сверхприбыли у него. Бизнес, - сказал Дракон надменно, словно она не понимает ничего в бизнесе.

Бабе сегодня, после того как её на мясо продавали, обижаться больше не на что, хуже не будет. Пропустила мимо ушей. 

– Резать то чем? Ручек нет, ножки только, и те кривые.

– А пасть на что? Искромсает что угодно в мелкую крошку. Сборный салат знаешь, как крошит! Мммм!

– Я бы попробовала, – соврала Баба, испытав глубокое отвращение от одной мысли о нажёванном поваром салате.

Дракон в ответ промолчал, не предложил салата. Хоть тут не стал лицемерить, зверюга продажная! 

Баба насадила на палку рыбину, добытую в пруду. Пожарила. В тот вечер они молчали, словно прожили вместе сотню лет. 

На третье утро Баба проснулась с надеждой, что сегодня её должны забрать. Первый день - всё оформили, второй - дали запрос в страну драконов, на третий, сегодня - придут искать, и заберут домой.

Дракон проснулся с мыслью, что сегодня день решающий. Надо тащиться на блокпост, узнавать, не было ли запросов на пропавших баб. Утром начал расхаживаться как следует, выбрался на поляну, и принялся йогой заниматься. Лапы в разные стороны раскидывает, на головы встаёт. Звуки издаёт при этом драконьи, и кряхтит как старик. Баба посмеялась над ним от души.

– Что ты себя мучаешь? Может грибов опять лучше?

– Нет. Сегодня по делам надо лететь. Обязательно. Никак грибов в полётах!

– У, как всё серьёзно! 

 "Вот и всё, - думала Баба, когда он пошёл на взлёт. – И не попрощались толком. Всё же спас он меня из-под коня-то!"

Она написала пальцем по пыли перед камином: «Спасибо», и оставила рядом честно заработанный ей золотой слиток. Не тащить же его, тяжеленый,  с собой, хоть на него у людей и год прожить можно. Вышла, не оглядываясь заторопилась вниз, вдоль обрыва.  Успеть бы по свету уйти как можно дальше.

Законники верхом на транспортных драконах появились к вечеру. Сейлера привезли закованного в цепи на всякий случай. При обыске в пещере нашли Бабий пояс. Надпись затоптали случайно, от неё осталось только «спаси», которое в протоколе превратилось в «спасите». Золотой слиток при досмотре исчез бесследно. Дракону предъявили первичное обвинение: «убил и съел», объявили его права на адвоката и не свидетельствовать против самого себя и забрали вниз, в долину людей.

Дракон понял, что она написала «спасибо», и от этого ему почему-то стало очень грустно.

 

 

Предыдцщая глава                                                             Следующая глава

Опубликовать в социальных сетях